Священное Писание (Восточный перевод), версия с «Аллахом»

Руфь 3

Руфь и Боаз на току

1Однажды Наоми, свекровь Руфи, сказала ей:

– Моя дочь, не должна ли я постараться найти тебе пристанище, чтобы тебе было хорошо? Разве Боаз, со служанками которого ты была, нам не родственник? Сегодня вечером он веет ячмень на току. Итак, вымойся, помажься душистыми маслами и надень свои лучшие одежды. И иди на гумно, но не показывайся ему до тех пор, пока он не закончит есть и пить. Когда он ляжет, заметь место, где он лежит. Потом иди, открой покрывало у его ног и ляг рядом.[a] Он скажет тебе, что делать.

– Я сделаю всё, как ты говоришь, – ответила Руфь.

Она пошла на ток и сделала всё, что сказала ей сделать её свекровь.

Когда Боаз закончил есть и пить и пришёл в хорошее настроение, он пошёл и лёг у дальнего угла скирды. Руфь тихо подошла, открыла покрывало у его ног и легла рядом. В полночь он вздрогнул, повернулся и обнаружил женщину, лежащую у его ног.

– Кто ты? – спросил он.

– Я твоя раба Руфь, – сказала она. – Возьми меня под свою защиту,[b] ведь ты один из наших ближайших родственников, несущих ответственность за нас.

10 – Благослови тебя Вечный, моя дочь, – ответил он. – Это доброе дело больше того, которое ты сделала прежде: ты не стала бегать за молодыми мужчинами – ни за богатыми, ни за бедными. 11 И теперь, моя дочь, не бойся. Я сделаю для тебя всё, о чём ты просишь. Весь мой город знает, что ты достойная женщина. 12 Хотя я и близкий родственник, есть родственник ещё ближе меня. 13 Оставайся на ночь здесь, а утром, если он захочет быть вашим покровителем, то хорошо – пусть будет. Но если он не захочет, то это сделаю я. Это верно, как и то, что жив Вечный. Спи здесь до утра.

14 И она лежала у его ног до утра, но встала ещё затемно, до того, как один человек мог распознать другого. Боаз подумал: «Пусть никто не знает, что на гумно приходила женщина».

15 И он сказал ей:

– Подай мне свою накидку, которая на тебе, и держи её.

Когда она сделала это, он высыпал в накидку шесть мер ячменя[c] и помог ей закинуть ношу на плечи. После этого он вернулся[d] в город.

16 Когда Руфь пришла к своей свекрови, Наоми спросила:

– Ну как, дочь моя?

И она рассказала ей обо всём, что сделал для неё Боаз, 17 и прибавила:

– Он дал мне эти шесть мер ячменя, сказав: «Не возвращайся к своей свекрови с пустыми руками».

18 И Наоми сказала:

– Подожди, дочь моя, пока не узнаешь, чем всё закончится. Ведь этот человек не успокоится, пока сегодня же не решит дела.

Notas al pie

  1. 3:4 Действие, означающее просьбу о покровительстве.
  2. 3:9 Букв.: «Простри надо мной своё крыло (или: край одежды)». В данном случае эти слова ясно выражали просьбу о браке.
  3. 3:15 Шесть мер ячменя – в зависимости от того, какая мера имеется здесь в виду, это может быть или 8, или 26 кг.
  4. 3:15 Или: «она вернулась».

The Message

Ruth 3

11-2 One day her mother-in-law Naomi said to Ruth, “My dear daughter, isn’t it about time I arranged a good home for you so you can have a happy life? And isn’t Boaz our close relative, the one with whose young women you’ve been working? Maybe it’s time to make our move. Tonight is the night of Boaz’s barley harvest at the threshing floor.

3-4 “Take a bath. Put on some perfume. Get all dressed up and go to the threshing floor. But don’t let him know you’re there until the party is well under way and he’s had plenty of food and drink. When you see him slipping off to sleep, watch where he lies down and then go there. Lie at his feet to let him know that you are available to him for marriage. Then wait and see what he says. He’ll tell you what to do.”

Ruth said, “If you say so, I’ll do it, just as you’ve told me.”

She went down to the threshing floor and put her mother-in-law’s plan into action.

Boaz had a good time, eating and drinking his fill—he felt great. Then he went off to get some sleep, lying down at the end of a stack of barley. Ruth quietly followed; she lay down to signal her availability for marriage.

In the middle of the night the man was suddenly startled and sat up. Surprise! This woman asleep at his feet!

He said, “And who are you?”

She said, “I am Ruth, your maiden; take me under your protecting wing. You’re my close relative, you know, in the circle of covenant redeemers—you do have the right to marry me.”

10-13 He said, “God bless you, my dear daughter! What a splendid expression of love! And when you could have had your pick of any of the young men around. And now, my dear daughter, don’t you worry about a thing; I’ll do all you could want or ask. Everybody in town knows what a courageous woman you are—a real prize! You’re right, I am a close relative to you, but there is one even closer than I am. So stay the rest of the night. In the morning, if he wants to exercise his customary rights and responsibilities as the closest covenant redeemer, he’ll have his chance; but if he isn’t interested, as God lives, I’ll do it. Now go back to sleep until morning.”

14 Ruth slept at his feet until dawn, but she got up while it was still dark and wouldn’t be recognized. Then Boaz said to himself, “No one must know that Ruth came to the threshing floor.”

15 So Boaz said, “Bring the shawl you’re wearing and spread it out.”

She spread it out and he poured it full of barley, six measures, and put it on her shoulders. Then she went back to town.

16-17 When she came to her mother-in-law, Naomi asked, “And how did things go, my dear daughter?”

Ruth told her everything that the man had done for her, adding, “And he gave me all this barley besides—six quarts! He told me, ‘You can’t go back empty-handed to your mother-in-law!’”

18 Naomi said, “Sit back and relax, my dear daughter, until we find out how things turn out; that man isn’t going to fool around. Mark my words, he’s going to get everything wrapped up today.”