Священное Писание (Восточный Перевод)

Деяния 27

Паул отправляется в Рим

1Когда было решено, что мы отправимся в Италию, Паула и других заключённых передали римскому офицеру по имени Юлий, из императорского полка. Мы сели на адрамитский корабль, который должен был заходить в порты провинции Азия, и отправились в путь. С нами был македонянин Аристарх из Фессалоник. На следующий день мы причалили в Сидоне. Юлий хорошо обращался с Паулом и позволил ему навестить друзей, чтобы они позаботились о его нуждах. Мы опять вышли в море и прошли Кипр с подветренной стороны, чтобы избежать встречного ветра. Мы пересекли открытое море, омывающее берега Киликии и Памфилии, и причалили в ликийском городе Миры. Там римский офицер нашёл корабль из Александрии, направлявшийся в Италию, и посадил нас на него. В течение многих дней мы медленно продвигались вперёд и в конце концов, хотя и с трудностями, но прибыли в Книд. И так как ветер не давал нам двигаться в нужном направлении, мы подплыли к Криту со стороны Салмоны. С трудом продвигаясь вдоль побережья, мы прибыли в место, называемое Хорошие Пристани, недалеко от города Ласеи.

Так как мы потеряли уже много времени и плавание становилось опасным, потому что даже иудейский осенний пост[a] уже прошёл, Паул предупредил их:

10 – Я вижу, что наше путешествие будет сопряжено с большой опасностью и тяжёлым ущербом не только для груза и корабля, но и для нашей жизни.

11 Римский же офицер, вместо того чтобы послушать Паула, последовал совету капитана и владельца корабля. 12 Порт этот был непригоден для зимовки, и большинство решило отправиться дальше, чтобы попытаться доплыть до Феникса и там зазимовать. Феникс был пристанью на Крите, открытой для юго-западного и северо-западного ветров.

Шторм

13 Подул лёгкий южный ветер, и, решив, что он-то им и нужен, моряки подняли якорь и поплыли вдоль побережья Крита. 14 Немного времени спустя с острова подул ураганный северо-восточный ветер, называемый Эвракилоном. 15 Он подхватил корабль, который не мог двигаться против ветра. Тогда мы отдались на волю волн и носились, гонимые ветром. 16 Мы оказались с подветренной стороны маленького острова Кавда. Там нам с большими трудностями удалось сохранить лодку. 17 Когда её подняли на корабль, матросы провели канаты под кораблем и обвязали его. Из страха сесть на песчаные отмели Сирта, они спустили паруса[b] и продолжали плыть, носимые ветром. 18 Шторм так сильно бросал корабль, что на следующий день они стали сбрасывать груз за борт. 19 На третий день они своими руками выбросили за борт корабельные снасти. 20 Несколько дней не было видно ни солнца, ни звёзд, а шторм все бушевал. Мы уже потеряли всякую надежду на спасение. 21 Люди долго ничего не ели. Тогда Паул встал среди них и сказал:

– Вам следовало послушаться моего совета и не отплывать от Крита, тогда у вас не было бы этих бед и потерь. 22 Но сейчас ободритесь, никто из вас не погибнет, только корабль разобьётся. 23 Прошлой ночью мне явился ангел от Всевышнего, Которому я принадлежу и Которому служу. 24 Он сказал мне: «Паул, не бойся. Ты должен предстать перед императором, и Всевышний по Своей милости также даровал жизнь и всем, кто плывёт с тобой». 25 Так что не бойтесь! Я доверяю Всевышнему и верю, что всё будет так, как Он мне сказал. 26 Корабль будет выброшен на какой-нибудь остров.

Кораблекрушение

27 На четырнадцатые сутки, когда нас всё ещё носило по Адриатическому морю[c], в полночь матросы почувствовали, что мы приближаемся к земле. 28 Они замерили глубину, и оказалось, что глубина была тридцать шесть метров, а когда замерили немного позже, глубина была уже двадцать семь метров[d]. 29 Матросы боялись, что нас ударит о камни, и спустили с кормы четыре якоря, молясь, чтобы скорее наступил день. 30 Они попытались бежать с корабля и стали спускать спасательную лодку, делая вид, что хотят опустить якорь с носа корабля.

31 Паул сказал римскому офицеру и солдатам:

– Если эти люди не останутся на корабле, то вам не спастись.

32 Тогда солдаты перерубили канаты, державшие лодку, и она упала в море.

33 На рассвете Паул стал уговаривать людей поесть.

– Последние четырнадцать дней вы постоянно находитесь в напряжении и ничего ещё не ели, – сказал он. – 34 Я настоятельно советую вам поесть, и это поможет вам спастись. Ни у кого из вас даже волос с головы не упадёт.

35 Сказав это, Паул взял лепёшку, поблагодарил за неё Всевышнего перед всеми, разломил и стал есть. 36 Людей это ободрило, и все принялись за еду. 37 Всего на борту нас было двести семьдесят шесть человек. 38 Когда люди досыта поели, они стали облегчать корабль, выбрасывая в море зерно.

39 На рассвете они не узнали показавшуюся землю, но увидели бухту с песчаным берегом, к которому они и решили пристать, если удастся. 40 Обрубив якоря и оставив их в море, матросы развязали рулевые вёсла, подняли малый парус и направили судно к берегу. 41 Корабль налетел на песчаную косу и сел на мель. Нос глубоко увяз и был неподвижен, а корму разбивали волны. 42 Солдаты решили убить всех заключённых, чтобы никто из них, выплыв, не сбежал. 43 Но офицер хотел спасти Паула и остановил их. Он приказал тем, кто мог плавать, прыгать в воду первыми и плыть к берегу. 44 Остальные должны были добираться на досках и на обломках от корабля. Таким образом все благополучно выбрались на берег.

Notas al pie

  1. 27:9 То есть День очищения (см. Лев. 16; 23:26-32; Чис. 29:7-11). Этот день приходился на конец сентября – начало октября. Где-то с середины сентября до середины марта мореплавание становилось весьма опасным и полностью прекращалось из-за сильных штормовых ветров, часто бушевавших в этот период.
  2. 27:17 Или: «плавучий якорь» – специальное приспособление, которое тормозило ход корабля.
  3. 27:27 Адриатическое море – в древности это море включало в себя и воды намного южнее его нынешних границ.
  4. 27:28 Букв.: «двадцать… пятнадцать сажен».

O Livro

Atos 27

A partida de Paulo para Roma

11/2 Finalmente, fizeram­se preparativos para a viagem por mar até Itália. Paulo e diversos outros presos foram confiados à vigilância de um oficial chamado Júlio, pertencente ao Regimento Imperial. Partimos num barco que ia para a Adramítio e que tocaria em vários portos da costa da província da Ásia. Estávamos acompanhados de Aristarco, um grego de Tessalónica.

No dia seguinte, quando atracámos em Sidom, Júlio mostrou­se muito amável para com Paulo, permitindo­lhe que fosse a terra visitar amigos e receber a ajuda que precisasse. 4/5 Quando dali partimos, apanhámos ventos de proa que tornavam difícil conservar o navio no rumo; assim, seguimos pelo norte de Chipre, entre a ilha e o continente, costeámos as províncias da Cilícia e Panfília, desembarcando em Mirra, na província da Lícia. 6/8 Aí, o oficial encontrou um barco egípcio vindo de Alexandria e que se dirigia à Itália, e fez­nos embarcar nele. Após vários dias de navegação difícil, aproximámo­nos por fim de Cnido, mas o vento era demasiado forte e atravessámos para Creta, passando o porto de Salmone. Navegando contra o vento com grande dificuldade, e avançando lentamente ao longo da costa sul, chegámos a Bons Portos, perto da cidade de Laseia.

Ali nos demorámos vários dias. O tempo estava já a ficar perigoso para viagens de longo curso porque se aproximava o Inverno, e Paulo falou nisso à tripulação: 10 “Olhem que nos podemos meter em trabalhos se prosseguirmos viagem; podemos perder a carga e as nossas vidas”. 11/12 Mas os oficiais encarregados de vigiarem os presos davam mais ouvidos ao piloto e ao dono do navio do que a Paulo. Como aquele porto não tivesse boas condições para passar o Inverno, a maior parte da tripulação achava melhor tentarem subir mais pela costa até Fénix, que era outro porto, mas abrigado, aberto só a noroeste e sudoeste, e onde se podia melhor passar o Inverno.

A tempestade

13 Nesse instante começou a soprar brandamente um vento do sul, e o dia parecia bom para viagem; assim, levantaram ferro e foram navegando ao longo da costa. 14/15 Pouco depois, porém, um vento muito forte abateu­se sobre o navio, empurrando­o para o mar; era “o nordeste”, como lhe chamavam. E não conseguindo navegar assim, deram mão de tudo e deixaram o navio ir à deriva à frente do vento.

16/17 Finalmente, viemos parar atrás duma pequena ilha chamada Clauda, onde com grande dificuldade içamos para bordo o bote que trazíamos a reboque, amarrando depois o barco com cordas para reforçar o casco. Os marinheiros tinham medo de serem atirados para os bancos de areia da costa africana, e, assim, baixaram a vela grande e continuaram impelidos à frente do vento.

18/19 No dia seguinte, como o mar piorasse ainda mais, a tripulação começou a deitar a carga pela borda fora. No outro dia, atiraram ao mar os aprestos e tudo o mais a que podiam lançar mão. 20 Esta terrível tempestade continuou durante muitos dias sem abrandar, não sendo possível a orientação nem pelo Sol nem pelas estrelas. Por fim, todas as esperanças se perderam.

21 Ninguém comia havia já muito tempo, até que Paulo, reunindo a tripulação, disse: “Deviam ter­me dado ouvidos e não sair de Bons Portos; assim ter­se­ia evitado todo este estrago e perda! 22 Mas agora, coragem! O navio afundar­se­á, mas nenhum de nós perderá a vida, 23/24 porque a noite passada um anjo do Deus a quem pertenço e sirvo surgiu perante mim e disse: ‘Nada receies, Paulo, porque serás julgado diante de César! E mais ainda: Deus, na sua bondade, concedeu o teu pedido e salvará a vida de todos os que contigo viajam.’ 25 Por isso, animem­se! Creio em Deus. Estou certo de que será tal como ele disse. 26 Todavia havemos de naufragar nalguma ilha.”

O naufrágio

27/29 Perto de meia­noite, a décima quarta da tempestade, andávamos nós perdidos no Adriático, quando os marinheiros desconfiaram que havia terra ali perto. Lançaram a sonda e encontraram trinta e sete metros de fundo. Pouco depois, já eram só vinte e oito metros. Não tardaria que dessem à costa e, com medo de encalhar em rochedos, lançaram quatro âncoras pela ré, ansiando pela manhã. 30/32 Alguns dos marinheiros resolveram escapar­se do barco e arrearam o escaler de emergência sob pretexto de lançar âncoras pela proa. Paulo, porém, disse aos soldados e ao comandante: “Ninguém se poderá salvar se estes homens não ficarem a bordo.” Então, os soldados cortaram os cabos e deixaram o escaler tombar na água.

33/34 Quando veio a luz da madrugada, Paulo pediu a todos que comessem: “Há duas semanas que ninguém se alimenta. Por favor, e para vosso bem, comam agora qualquer coisa, porque nem um cabelo das vossas cabeças se perderá.” 35/38 Ele próprio pegou num pão, agradeceu a Deus na presença de todos, partiu um pedaço e comeu­o. Toda a gente se sentiu mais animada e começou a comer; éramos duzentos e setenta e seis pessoas a bordo. Depois de comer, os tripulantes tornaram a aliviar o navio, deitando todo o trigo pela borda fora.

39/41 Quando se fez dia, não reconheceram a costa, mas, reparando numa baía com uma praia, perguntaram a si próprios se conseguiriam passar por entre os rochedos para que as ondas os atirassem para o areal. Resolveram, então, tentar. Cortando os cabos às âncoras e deixando­as no fundo, desprenderam os lemes, içaram a vela grande e apontaram à praia. O barco, porém, encalhou num banco de areia. A proa enterrou­se, enquanto que a popa, exposta à força das ondas, começou a desfazer­se.

42/44 Os soldados aconselharam o seu comandante a deixá­los matar os presos, não fosse algum nadar para terra e escapar­se. Mas Júlio, desejando poupar a vida a Paulo, disse que não. Mandou então a todos quantos soubessem nadar que saltassem pela amurada e fossem para terra, enquanto os restantes tentariam fazê­lo agarrados a pranchas e destroços do navio. E foi assim que todos chegaram a terra.